Кто выйдет первым — тот проиграл: нацгвардеец и морпех в плену заключили особое пари и разрешили его после обмена

Почти 1 500 дней в российском плену. Голод, избиения, унижения… И одно соглашение, заключенное между двумя друзьями в неволе: кто выйдет первым — тот проиграл, победитель — тот, кто остался.

Впервые после освобождения из плена защитники встретились в проекте "Я не забуду", чтобы выполнить это соглашение.

Ведущая — Ирина Хоменко.

Нацгвардеец

Дмитрий Сиренко родом из города Коростень Житомирской области. У него есть старшая сестра София, но дети оказались ненужными родителям — мать их бросила, отец ушел в новую семью. Диму и Софию воспитывала бабушка, хотя отец время от времени помогал.

Дмитрий пошел в армию еще до полномасштабной войны — сначала на срочную службу.

В 2018 году ему было 19 лет, он работал в магазине продавцом-консультантом. Как-то в магазин зашли представители военкомата, они искали парня, который уклонялся от срочной службы. Попросили Дмитрия показать паспорт.

"Я показал. Мне до 20 лет оставалось полгода. Он говорит: "Поскольку тебе сейчас еще нет 20, мы тебе выпишем повестку. Хотя, в принципе, можешь и не приходить за ней". Я тогда подумал, что полгода ждать, а потом все равно служить. Поэтому сразу пошел в военкомат, добровольно. Военный говорит: "Ну, тебе же всего 19, зачем?". Отвечаю: "Ну, чем быстрее отслужу, тем быстрее вы от меня отстанете", — вспоминает он.

Дмитрий не сказал родным, что идет в армию. Просто собрал сумку и пошел в военкомат.

В призывном пункте парню пошли навстречу: поскольку он добровольно решил идти на "срочку", ему предоставили список, и он мог сам выбрать, где служить.

"Смотрю этот список и вспомнил, что моя бабушка когда-то работала сварщицей в Запорожье. Поэтому выбрал Запорожье, за тысячу километров от дома. Приехал я в Запорожье, и мне звонит сестра: "Ты где?" — "В Запорожье". — "Что ты там делаешь?" — "В армию пошел". — "Как? Что ты выдумываешь?", — продолжил защитник.

Дмитрия направили в престижный спецназ Национальной гвардии — в 9-й полк оперативного назначения (в 2023 году подразделение было преобразовано в 15-ю бригаду оперативного назначения "Кара-Даг").

В Запорожье он познакомился с Виолеттой, которая через пару лет стала его женой.

Срочная служба парню не совсем нравилась, он хотел большего и подписал контракт, который должен был закончиться 21 февраля 2022 года.

За несколько месяцев до окончания контракта командир предложил Дмитрию буквально месяц переслужить и уволиться 15 марта. Парень согласился.

Но 24 февраля началось полномасштабное российское вторжение… В это время 22-летний Дмитрий с нацгвардейцами служил в Мариуполе. Здесь их и застала большая война.

8 апреля во время боевого выхода Дмитрий получил ранение — осколки вражеской мины задели обе ноги. Но побратимы его спасли.

В мае был выход в почетный плен. Накануне Дмитрий написал своей жене сообщение.

"Я попросил, чтобы она жила, чтобы наслаждалась жизнью. Потому что если я попаду в плен, я не знаю, сколько времени я там проведу. А она молодая, ей на тот момент было всего 21. И не хочется, чтобы она сидела, как монашка, всю жизнь. На это она мне ответила: "Ты что, дурак?", — вспоминает нацгвардеец.

В плен раненый Дмитрий с иными военными выходил с металлургического комбината Ильича. Сначала он попал в первое место удержания — бараки в Сартане (поселок под Мариуполем).

"В Сартане условий не было никаких. Просто поддоны, на которые нас бросили. В одном бараке 400-500 человек. Даже туалета не было — просто ведро стояло. Первый раз дали 200-граммовую банку типа каши — одну на 4 человека. Потом ее давали на 10 человек. То же самое с водой — давали 400 мл сначала на 4 человека, а потом на 8. А я раненный, меня сушит, а ни у кого воды нет. Собирали дождевую воду, чтобы хотя бы губы смочить", — вспоминает защитник.

Дмитрия перевели в другой барак, где находились раненые из его подразделения.

"Там парни сразу же дали попить воды и поесть. Это были полбуханки хлеба и стакан воды, но я кайфовал. И тут уже парни меня перемотали", — продолжил он.

Далее Дмитрия перевезли в колонию для военнопленных в Оленивке, там нацгвардеец пробыл еще несколько дней. Однако даже за этот короткий срок видел смерти побратимов.

"Там при мне двое парней умерли. Когда была "приемка", одного забили так, что у него клапан на сердце лопнул. А второго просто забили — его на допросы таскали из-за татуировки, типа нацистской свастики, и там забили", — сообщил он.

Далее нацгвардеец оказался в Суходольской колонии №4, что на оккупированной части Луганщины. Здесь Дмитрий провел более трех лет.

В колонии главным надзирателем был "Каливан" (так его прозвали военнопленные), он руководил издевательствами и пытками. Впоследствии журналистам удалось его идентифицировать — это заместитель начальника Суходольской колонии Виталий Картышков. В Украине против него открыто уголовное дело по жестокому обращению с военнопленными.

"Каливан" отвечал за наше поведение, чтобы мы себя хорошо вели. Если мы себя не хорошо вели, то он нас, конечно, "воспитывал" — физически. Загонял толпу в масках, те терроризировали всех подряд — кому повезло, кому не повезло. Или просто несколько часов стоишь или ползаешь гуськом. "Каливан" нам говорил, что мы пришли якобы убивать его детей. И таким образом он, мол, хочет исправить нас, потому что мы в Украине жили под трассами, мы бомжевали, а вот у них мы станем людьми. И, мол, теперь хотя бы как люди выглядим, а то были какими-то бомжами, "у вас в Украине же ничего нет", — рассказал Дмитрий.

Также "Каливан" контролировал бизнес, выстроенный на пленных. На территории колонии было несколько производств: в деревообрабатывающем цехе пленные делали гробы, табуреты и т. п., была и кузница, и швейный цех. И все, что производилось, надзиратель продавал. Но основные заказы у "Каливана" были именно на гробы, их оккупантам требовалось очень много.

"Я в эти цеха никогда не ходил добровольно. Меня выгоняли максимум щебень возить туда-сюда, траву срывать на стадионе. Когда массово выгоняют, у тебя нет выбора. А работа именно в цехах была добровольной. Парни пытались туда попасть, потому что там давали хотя бы покурить. А так ты нигде сигарету не достанешь. А там ты день что-то делаешь, и тебе дают за это покурить. Парни поэтому туда ходили", — уточнил Дмитрий.

В неволе защитник похудел до 56 кг, при своей норме в 90 кг.

В колонии Дмитрий стал свидетелем самоубийства сокамерника.

"Я не знаю его фамилии. Парня очень часто оперативники таскали на допросы. И как-то он приходит с работ. У нас были двухэтажные бараки, он залез на второй этаж и вылез через окно раздевалки на подоконник. Все начали кричать: куда ты, лезь обратно. А он лишь всем помахал рукой и прыгнул вниз головой. Он головой упал на камень. Парни подбежали, держали его, пока не приехала скорая. Скорая увезла, но он не выжил", — рассказал бывший пленный.

Также в колонии пленные умирали от пыток, в целом от условий содержания.

"Молодой парень, тоже попал в плен в 2022-м в Мариуполе. Он был ранен, осколки были в легких. Со временем осколки начали двигаться дальше, и у него произошло кровоизлияние в легкие, он захлебнулся кровью. Был еще один мужичок, у него была онкология, рак в шее. Он мучился, не мог ничего есть, ничего глотать. Ему даже не дали возможности позвонить семье и хотя бы попрощаться. Он просто зачах", — поделился Дмитрий.

В Суходольской колонии у нацгвардейца среди пленных появился лучший друг — морпех. Как-то в бараке Дмитрий заметил одного парня, который общался только с одним мужчиной. Он заинтересовался, почему парень такой отшельник. Как-то спросил, о чем они общаются. Тот ответил — о вере и еде.

"Я говорю: "А тебе не скучно общаться только о вере и о еде? Давай о чем-нибудь другом поговорим". Ну, и вспомнили о мультяшках, об аниме. Я понял, что он адекватный человек, с ним можно общаться. А потом я переехал к нему на второй этаж "шконки", чтобы и ночью можно было поболтать о том, что нам интересно", — вспоминает нацгвардеец.

Оба друга попали в плен в Мариуполе, во время разговоров выяснилось, что они даже пересекались при обороне города.

Морпеха освободили из плена раньше, в 2025 году. Дмитрий Сиренко же вернулся в рамках обмена 5 марта 2026 года, проведя в плену 1 427 дней — почти четыре года.

Из плена Дмитрия дождалась жена Виолетта.

"В плену я настраивал себя на то, что я разведен. Все-таки четыре года. С каждым годом у тебя все меньше и меньше остается надежды. Ну, какая молодая, красивая девушка будет ждать четыре года? Но, к счастью, не в моем случае", — отметил он.

Морпех

Лучшим другом в плену для Дмитрия Сиренко стал Дмитрий Петраков.

Дмитрий Петраков после школы поступил учиться на медика, но уже тогда знал, что свяжет свою службу с армией. И через полгода после окончания учебы подписал контракт с морской пехотой.

Служил в 36-й отдельной бригаде морской пехоты, которая дислоцировалась в Николаеве. Затем Дмитрий с подразделением выполнял задачи в рамках АТО/ООС в районе Мариуполя. Здесь их и застала полномасштабная война.

Дмитрий тоже во время обороны Мариуполя получил ранение в ногу. Это произошло в конце марта.

"В плену медицинскую помощь оказывали с горем пополам. Какие-то базовые перевязки, чтобы нога просто не отвалилась, и все. А так у меня осколок до сих пор в ноге", — отметил он.

Самым тяжелым для него в плену было психологическое давление, потому что к физической боли привыкаешь.

"Ты просто знаешь, что сейчас тебя будут бить, пытать, и ты держишься. Ты ничего не можешь изменить, как-то повлиять на то, чтобы тебя не трогали. Просто ты осознаешь: да, я сейчас пойду, там меня часок-другой помуштруют, и я пойду обратно заниматься другими делами — стирать вещи или еще что-то. А психологически все это накапливается, и с каждым днем все больше, больше, больше", — поделился защитник.

Мало того, что парня постоянно избивали, так надзиратели еще и снимали все это на камеру. И угрожали, что это видео отправят его родителям. Даже непонятно, с какой целью. Палачи требовали от морпеха назвать телефонные номера родных, но тот их не помнил из-за контузии.

Дмитрий рассказал свою версию знакомства с Дмитрием Сиренко.

"Мы были в одном бараке. Смотрю, парень вроде бы знакомый, но кто именно он — не знаю. Подошел как-то, привет-привет, разговорились. Он говорит: давай рядом будем жить. И все, так мы с ним спали, можно сказать, на одной койке", — вспоминает он.

Дмитрий Петраков освободился из плена 19 апреля 2025 года, на год раньше своего друга.

"У нас не было каких-то слез из-за того, что я уезжаю, а ты остаешься. Наоборот, чем больше парней уезжают, тем лучше. Мы радовались за каждого, кто шел на обмен. Даже когда ребята сидели по два-три месяца, а мы уже по два года, мы все равно радовались, когда они уезжали", — отметил морпех.

Из плена Дмитрия дождалась его девушка. Правда, до этого они были просто друзьями, но разлука сблизила их, и они решили жить вместе. Однако свадьбу сыграют только после победы, когда все побратимы Дмитрия вернутся из плена и смогут приехать на торжество.

Сейчас Дмитрий работает в службе доставки воды, но планирует повысить квалификацию массажиста и открыть салон.

Пари друзей

В плену оба Дмитрия заключили своеобразное пари. Кто первый поедет домой — тот проиграл. Победитель — тот, кто остался.

"Проигравший при первой нашей встрече на свободе должен купить самую большую шаурму, со всеми добавками. Сначала мы думали спорить, конечно, на деньги. А как с друзьями спорить на деньги? Потом друзьями не будем. К тому же в плену единственное, о чем думаешь — о еде. Вот поэтому шаурма — это первое, что пришло в голову", — рассказал условия сделки Дмитрий Сиренко.

Его друг первым пошел на обмен, а значит — он проиграл.

Раньше побратимы встретиться не могли. После обмена Дмитрия Сиренко сначала отправили на реабилитацию в Новые Санжары, что на Полтавщине, затем — в Одессу. А Дмитрий Петраков в это время проходил реабилитацию в Киеве.

Первая встреча друзей после плена состоялась в рамках проекта "Я не забуду".

И они, наконец, завершили свою сделку — Дмитрий Петраков вручил другу ту самую шаурму со всеми добавками.

"Я доволен. Но мечтал, чтобы шаурма была хотя бы метровой. Ну, и это хорошо", — пошутил нацгвардеец.

Предыдущие выпуски проекта "Я не забуду":

• С 16 лет рвался на фронт, в 20 погиб: история защитника Дениса Волынца
• Без вести пропавшие в Крынках: родственники защитников ведут собственное расследование
• Муж и трое маленьких детей погибли от удара "Шахеда": первое большое интервью выжившей Ольги Шикулы
• Антон лишился трех конечностей, Дмитрий погиб на его глазах: защитник четыре года ждал встречи с семьей побратима
• После выхода из плена они выполнили обещание, данное на "Азовстали": история трех защитников Мариуполя