Главная
Публикации
Украина
Общество
Лишилась родного сына и ищет названного — история матери погибшего военного в программе "Я не забуду"

Лишилась родного сына и ищет названного — история матери погибшего военного в программе "Я не забуду"

27.10.2024

Первоисточник: Телеканал "Дім"

Говорят, что забирая одно, судьба дарит человеку что-то другое. И когда кажется, что наступил личный конец света, где-то далеко пробивается свет. Так произошло с героиней нового выпуска программы "Я не забуду" с Ириной Хоменко.

26-летний Александр Милиенко вступил в войска в первый день полномасштабного вторжения. За полгода службы он нашел в армии своего "брата" Максима. С тех пор мать Саши Светлана Шищенко занималась сразу двумя сыновьями и даже посылки отправляла каждому отдельно. В 2024 году родной сын Светланы погиб, а связь с Максимом оборвалась. Женщина пыталась его отыскать, но так и не смогла собрать никакой информации.

Мать погибшего военного Александра Милиенко

Лишившись родного сына на фронте, Светлана Шищенко ищет его названного брата, которому может понадобиться ее материнская забота.

— Как вы узнали, что у вашего сына на войне появился названный брат?

— 27 марта мне позвонил Максим, но я услышала в трубке: "Саша, а дай я с твоей мамой поговорю". Мы с ним поболтали. Он говорил, какой у меня хороший и очень добрый сын. Мой Сашуля сказал, что Максим не видел даже, как грибы растут, а потому попросил передать им их. Они ждали, но так и не дождались.

— 27 марта вы впервые поговорили с Максимом, которого ваш сын называл своим братом. С тех пор вы начали общаться с ним, верно?

— Да. Он звал меня "мамочкой", а я его "сыночком своим". Мои сыночки, мои голубчики золотые. Говорили, что приедут ко мне вместе, когда закончится война.

— Как сложилась судьба Максима после гибели вашего сына?

— Я не знаю. Я звонила по телефону, но никто не отвечал. Мне сказали, что он погиб тоже. Но недавно я услышала, что он таки жив.

— Расскажите, как ваш сын Александр попал в армию?

— Пошел на срочную службу, полтора года служил в пограничных войсках. Позже подписал контракт и воевал два года. Получил контузию, из-за чего его отпустили домой. Пока лечился, говорил мне, что будет война. А я не верила.

Когда началась полномасштабная война, он сказал мне, что ему пришла повестка. Я не могла понять, какая может быть повестка, когда он только из больницы вышел и еще не долечился. Но он сказал: "Я еду, кому-то надо защищать племянниц, маму, сестер, Украину".

— Когда вы в последний раз виделись с сыном?

— Четвертого февраля он был дома, а пятого их уже отправляли. Сел со мной на кровать, положил голову мне на ноги, мы поговорили, а утром он уехал.

— У вас были какие-то предчувствия накануне трагедии?

— Были. Я была не в себе, но никогда не думала, что мой сын погибнет.

— Как вы узнали о его гибели?

— Четвертого апреля я была у соседки, когда мне позвонила староста со словами: "Ваш Саша погиб".

— С тех пор прошло полтора года. Как вы справляетесь? Как держитесь?

— Каждый день хожу на кладбище. Мне его не хватает. Высматриваю его везде: может где-то будет ехать, идти или звонить. Но никто не звонит. Он был хорошим, добрым. Хотел, чтобы у него во дворе было много цветов.

Сестра погибшего военного Александра Милиенко

Накануне смерти Александра его сестра Лина Пастушенко разозлилась на него из-за денег, однако успела дать обещание, что память о нем будет жить вечно.

— Расскажите о службе вашего брата. На каких направлениях он находился? Кем служил?

— Он был старшим солдатом по званию, имел достижения на службе. Его военная карьера началась после оккупации Крыма и Донецкой области. В 2017 году он пошел в АТО по контракту. До этого прошел срочную службу в пограничных войсках, где руководство предсказывало ему успешную карьеру. Ему это нравилось, но после окончания срочной службы он все-таки решил вернуться домой. В гражданской жизни он таки не смог себя реализовать, поэтому захотел пойти защищать Украину дальше.

Воевал на Донецком направлении. В Марьинке получил свои первые боевые навыки и понял, что такое братство между собратьями, научился управлять БТРами. Он нашел много друзей, многих из которых, к сожалению, лишился.

Он был искренним, ответственным, всегда на жизнь смотрел с улыбкой. Как старшая сестра, я всегда старалась его поучать и несла за него ответственность. Мне очень тяжело... Я не могу смириться с мыслью, что его нет. Я не верю в это. Мне постоянно кажется, что он со мной, в нашей семье, что никуда не делся. Я его чувствую. Чувствую его силу и поддержку.

Когда началось полномасштабное вторжение, и он решил идти нас защищать, я, возможно, где-то была против. Но я понимала, что это его поступок, что Саша не будет стоять в стороне.

— Когда вы в последний раз с ним общались?

— Утром 27 марта по видеосвязи. Он говорил, что хочет посмотреть, что возле дома происходит. Я сказала, что попрошу, чтобы мне прислали фото, и я ему перешлю. Потому что у мамы нет современного телефона, поэтому она не могла напрямую отправить. Также он попросил писать ему, чтобы когда он возвращался с позиций и заходил в мессенджер, то видел наши сообщения. Они для него — надежда и напоминание, ради кого он воюет, и что о нем не забывают.

— Когда вы поняли, что что-то случилось?

— Накануне мне немного не нравилось его настроение. 26-го он позвонил и сказал, что сейчас перебросит мне и старшей сестре немного денег, чтобы мы купили себе что-то на память. Я ответила, что вот он вернется и сам купит, когда встретимся. Он сказал: "Да-да, мы обязательно встретимся". Видимо, это был какой-то намек... Он понимал, что что-то, наверное, случится.

В тот день он не хотел выходить на позиции, и один из побратимов предложил выйти вместо него. Он сначала согласился, а потом сказал: "Нет, это моя судьба, я выхожу. Что бы ни было, мы сильные, мы мужественные".

28-го я не могла спать, не могла найти себе места, что-то предчувствовала. Он должен был снова выйти на связь 31 числа. Так и не вышел. Но я еще до 31 марта, понимая, что он еще может вернуться с позиции, уже начала его искать и писать его побратимам.

30-го у меня началась истерика. Я стала звонить волонтерам, узнавать о пропавших без вести. Ответы были однотипные — там был тяжелый бой, возможно он в плену. Наших ребят было шесть, а с той стороны, около 20.

— Когда вы узнали, что Саша погиб? Кто вам это сообщил?

— 31 числа я уже понимала, что точно что-то произошло. Позвонила маме по телефону. Она, как всегда, спросила, вышел ли Саша на связь. Я ответила ей: "Да, мама, вышел, все хорошо. Он просто после тяжелого боя и чуть позже тебе позвонит. Там сейчас не очень хорошие военные моменты, но он попросил передать, что все хорошо". Говорила это, а сама думала о том, что я ничего не знаю. Я просила у его побратимов только одно — пока я не вернусь со старшей сестрой, не говорить маме. Была вероятность, что трехсотый (раненый, — ред.). Четвертого апреля в Старостинский округ поступило сообщение, что Саша погиб во время артиллерийского обстрела.

— Какая официальная дата смерти?

— 31-е, но для меня 28-е. Спустя неделю после смерти Саши мне приснился сон — стоит военный, лица которого не было видно, и говорит: "Лина, Саша погиб 28 числа". Для меня его годовщина теперь только 28-го.

— Вас поддержали в селе, чтили его память?

— Да, очень. Похороны были очень масштабными. Пожалуй, я при жизни никогда не видела, чтобы так сплотилось все село. Односельчане его уважают до сих пор, приходят к нему, оставляют цветы и конфеты, молятся.

— Какие слова брата вам запомнились больше всего?

— За две недели до гибели он мне прислал видео, а потом позвонил по видеосвязи. Видимо, это было после боя. В его глазах были слезы. На видео он показал открытки и детские рисунки, где было написано: "Дорогой наш воин, мы тебя не забудем, мы тебя бережем, мы помним". Он говорил, как это замечательно и классно, как это поднимает боевой дух и дарит энергию двигаться дальше. Он заплакал и признался, что ему казалось, что его забудут. Меня эти слова настолько поразили и ранили. Я пообещала, что его все будут помнить и я сделаю все, чтобы так было. Сказала, чтобы не думал о таком, потому что он же у нас всегда сильный и фартовый был. Сказал, что на Пасху приедет домой. Хоронили мы его как раз в день перед Пасхой. Как и обещал, "вернулся" домой перед этим праздником.

— Что вы сделали в память о брате?

— В его родном селе мы построили детскую спортивную площадку. Он очень любил детей. Полгектара земли для этого нам выделил поселковый совет. В этом парке мы сделали таблички с историей села и установили мемориальный уголок о том, в чью память эта площадка построена.

Командир и побратим погибшего воина

Парк и книга воспоминаний об Александре — не единственное, что сделала в честь погибшего воина его семья. Студию "Я не забуду" посетили заместитель начальника штаба 95-й отдельной десантно-штурмовой бригады Дмитрий Горянский и побратим Александра — Олег Задерей. Они рассказали, как семья погибшего военного сейчас помогает 95-й ОДШБр: устраивает сборы, покупает машины и передает необходимые вещи.

Названный брат погибшего военного Александра

В студии "Я не забуду" мать погибшего военного Светлана Шищенко наконец встретилась с его названным братом, своим вторым сыном Максимом Ворошиловым. Мужчина рассказал о дружбе с Александром и совместной службе.

— Расскажите о вашем телефонном разговоре со Светланой, мамой Александра.

— Мы прибыли после боевого задания — штурм в Кременной. Мы захватили их блиндажи, своевременно выполнили задание и вернулись на базу дислокации. Телефоны на задание у нас запрещено носить с собой, поэтому вернувшись, Александр сразу же к телефону. Как только он включил телефон и посыпались уведомления о пропущенных вызовах, ему позвонила мама. Саша пошел в душевую, поэтому я поговорил с его мамой. Договорились даже приехать к ней в отпуск.

Александр в то время планировал делать предложение. У нас было много боевых задач, и в отпуск каждого бойца отпускали по очереди. Александр пошел первым. Мы ожидали, что за то время он или предложение сделает, или женится. Он кольца выбирал, хвастался нам. Однако прибыл из отпуска он без настроения. Девушка его не дождалась.

— Мы уже знаем, что Саша считал вас своим братом. Общаясь с его мамой, вы Светлану называли мамой, а она вас — своими сыночками. Я извиняюсь за вопрос, но что с вашей семьей?

— Когда началась полномасштабная война, я сразу пошел. Я воюю с 2014 года. Сразу подал рапорт на перевод именно в 95-ю бригаду. Когда я перевелся, у отца случился инсульт, потому что очень сильно переживал. Он умер. Мать была больна сердцем. Через четыре месяца у нее лопнул тромб. Так и умерла.

— То есть во время войны вы лишились обоих родителей и, по иронии судьбы, появилась Светлана, которая стала называть вас сыном. Она вместе с Линой не разыскивали вас, потому что думали, что вы тоже погибли. И только недавно они узнали, что вы живы. Максим, расскажите о вашем общении с Сашей. В какой момент вы стали братьями?

— После первого боя, когда враг пытался штурмовать наши позиции. Александр сразу перебежал к пулемету, а я отрабатывал из ручного гранатомета. Он спас меня. Он веселый, шустрый и словно пружинка. Всегда находил во всем шутку. У него позывной был "Фестиваль".

— Вспомните тот день, когда не стало Александра.

— Это был период с 27-го по 28-е. Трагедия произошла перед утром, когда еще было темно. Я находился на соседней позиции в 800 метрах от него. Начался бой. Я обратился по рации, но никто не выходил — не слышали из-за обстрела. Нам дали приказ, чтобы двое или трое пошли туда проверить обстановку. Они отступили, зашла разведка, а потом по рации сказали, что там один двухсотый и один трехсотый. Я не думал, что это именно Александр. Увидел, когда уже вытащили его.

— Что происходило с вами после гибели Александра?

— Это очень повлияло на моральное состояние. Мы столько времени с ним провели. Привык, что приходишь после задания в общую комнату. А теперь комната та же, даже некоторые его вещи есть, а его нет. Сидишь один.

— Когда Александра не стало, почему вы не связались с его семьей?

— Я не мог найти их в соцсетях, ведь телефон Александра забрали и передали родным. Мой телефон был поврежден и у меня не было доступа к контактам.

— Как вы лишились ноги?

— Около четырех месяцев назад, когда мы штурмовали район Терны. Получили приказ помочь двум раненым и заменить их на той позиции. Наткнулся на врага, забрал у него оружие, снял бронежилет и попросил своего побратима держать на прицеле. Когда мы привели его в помещение, прилетела КАБа (управляемая авиационная бомба, — ред.). Осколком мне оторвало ногу. Сейчас я на реабилитации при воинской части. Прошел протезирование. Хочу выполнить то, что мы задумали, чтобы после всеми семьями собраться.

Максим Ворошилов привез семье погибшего побратима подарки: свой берет десантника и плетеный браслет, который когда-то ему собственноручно из шнурков сделал Александр.