Научные исследования и тысячи пингвинов рядом: о жизни на станции "Вернадский" рассказал опытный полярник Юрий Отруба

Провести целый год среди льда, штормов и пингвинов — для кого-то это звучит как фантастика, а для других становится делом жизни. В Украине стартовал набор в 32-ю Украинскую антарктическую экспедицию (УАЭ), и присоединиться могут не только ученые. Как проходит жизнь на станции "Академик Вернадский", кого сейчас ищут и почему люди возвращаются в Антарктиду снова и снова? Об этом в студии "Ранку Вдома" рассказал геофизик Юрий Отруба, который провел на ледяном континенте восемь экспедиций.

Ведущие — Каролина Король и ХАС.

— Приветствуем вас! Помните ли свою первую экспедицию и чем впечатления от нее отличались от восьмой?

— Я очень хорошо помню свою первую экспедицию. О том, что у Украины есть собственная антарктическая станция, я узнал, еще когда учился на 2-3 курсе в университете — это были далекие 2000-е годы. С тех пор загорелся туда попасть. После окончания университета мне повезло, и в 2009 году я смог попасть на станцию.

В общем, что я там забыл все эти восемь раз? Это как с людьми, которые ходят в горы: им понравилось в первый раз, и они начинают ходить дальше. Своего рода "антарктическая болезнь", но приятная.

С одной стороны, это работа, которую ты стараешься выполнить на 100% и даже больше, потому что понимаешь, что это твое. А с другой — природа и красота, которую ты увидел, когда впервые туда попал.

В 2009 году вообще мало что было известно о станции и ее работе, хотя нам и рассказывали обо всем на сборах. Но то, что ты представлял по рассказам, и то, что увидел и с чем столкнулся — это дало на 600% больше впечатлений.

— Сейчас проходит конкурс в 32-ю Украинскую антарктическую экспедицию. Кого именно вы ищете?

— Станция "Вернадский" — это как небольшой автономный городок. У нас своя кухня, где повар готовит нам еду, своя электростанция, вырабатывающая электричество, и свое водоснабжение, где мы опресняем и потребляем воду.

Сейчас экспедиция состоит в среднем из 14 человек, большая часть из которых — это ученые по направлениям гидрометеорологии, биологии и геофизики. То есть если у вас есть определенные навыки в этих областях — можете подаваться на научные дисциплины.

Если же вы не ученый, есть технический состав команды: врач, повар, системный механик, системный администратор и дизелист-электрик. Это те специалисты, которые помогают нам делать науку, ведь без них станция сама по себе существовать не будет.

На самом деле нам очень хотелось бы, чтобы на станции было немного больше людей.

— Какими качествами должен обладать человек, чтобы прожить год на небольшом острове, практически без возможности вернуться домой в случае форс-мажора? Да еще и в эдаком социальном "пузыре"?

— Прежде всего вы должны быть профессионалом своего дела. Но часть кандидатов, хотя и являются специалистами, на втором этапе "срезаются", потому что у нас проходит еще и психологическое тестирование.

В этом плане нужно быть психологически устойчивым, адаптированным к стрессовым условиям, быть человечным и адекватным. Уметь приспосабливаться к тем моментам и обстоятельствам, которые могут возникать на станции.

Конечно, быть общительным, обладать чувством юмора, ведь жить на станции в закрытом коллективе нелегко. Зимовка длится 12 месяцев, и восемь из них мы полностью изолированы от мира: находимся одним и тем же коллективом, да еще и практически в полярную ночь.

Поскольку станция немного не дотягивает до Полярного круга, в течение зимы у нас все-таки есть немного светового дня — несколько часов.

Но это приходится на зимовку, когда идут метели и снегопады… Это давит психологически, поэтому человек должен уметь разрядить обстановку, то есть обладать определенным чувством юмора. Конечно, нужно подходить и по состоянию здоровья.

Хотя у нас и есть врач и определенное медицинское оборудование, сделать сложное вмешательство он не сможет. Поэтому человек должен быть здоровым и не иметь хронических заболеваний. Кроме этого, во время зимовки нужно иметь голову на плечах: взвешивать все "за" и "против", не рисковать и не подвергать опасности себя или других.

— Мне вот интересно: а женятся у вас часто? Возможно, уже после экспедиций?

— До 24-й экспедиции только один раз, во вторую зимовку, с нами зимовали женщины: их было четыре. И после этой зимовки у нас была одна пара. На сегодняшний момент практически в каждой экспедиции у нас есть женщины. Но, скажем так, браков пока не было.

В то же время к нам заходили гости, туристы, и некоторые из них просили разрешения и делали предложение руки и сердца именно на станции.

— Вы занимаетесь геофизикой. Объясните простыми словами, почему исследования магнитного поля Земли так важны и что они нам дают?

— Я занимаюсь геофизикой, и основная часть моей работы — это магнитное поле Земли. На станции есть обсерватория, которая его исследует и изучает.

Это невидимый щит, защищающий Землю от солнечного и космического излучения. Все мы имели возможность наблюдать в прошлом и позапрошлом годах северное сияние — и это сияние как раз связано с взаимодействием магнитного поля Земли и солнечного излучения.

Если бы у нас не было магнитного поля, то и нас, возможно, не было бы. Если оно исчезнет, то в течение короткого времени вымрет вся растительность и мы тоже. Поэтому исследовать магнитное поле, его состояние и изменения очень важно.

Мы опираемся на это и в повседневной жизни: это и GPS, и спутниковая связь… Все эти бури влияют на радиосвязь, и мы должны понимать, как именно они действуют, чтобы минимизировать это влияние.

Это также может отражаться на энергосетях и трубопроводах. Например, в 2000-х годах в Америке произошли сбои в электросети, когда была отключена половина штатов — это возникло из-за сильной магнитной бури.

— Вы также исследуете ледники и изменения климата. Действительно ли все меняется настолько стремительно? Скажите, как есть.

— В Украине мы тоже все это чувствуем: на протяжении последнего десятилетия климат теплеет, лето становится все более жарким и приходят периоды с аномальной жарой. Точно так же и в Антарктиде, хотя и немного с задержкой.

Антарктида и Арктика — это "холодильники" нашей планеты, и там тоже происходит потепление, которое наблюдают наши метеорологи и геофизики. И за последнее десятилетие климат стал теплее, средняя температура растет, отчего тают ледники и происходят определенные природные явления.

Если говорить о первых экспедициях, то на острове Галиндез, где расположена наша станция, тогда там пингвинов вообще не было. Сегодня их насчитывается от 5 до 8 тысяч особей.

Мало того — это субантарктические пингвины, которые впервые были исследованы и изучены именно в Субантарктике. То есть их ареал гнездования продвигается все глубже в Антарктиду. Это свидетельствует о том, что ото льда и снега освобождаются новые земли и скалы, и есть кормовая база для птиц.

Читайте также: Какие тайны скрывает Антарктика: большое интервью с микробиологом Марией Павловской