Что происходит за кулисами "Реальной истории": интервью с Акимом Галимовым

В студии "Ранку Вдома" встречаем основателя "Реальной истории" Акима Галимова. Он поделится со зрителями историей создания проекта, который совсем скоро выйдет в эфир на телеканале "Дім", расскажет, что вдохновило его работать с исторической тематикой и поделится секретами съемок.

Ведущие — Лилия Ребрик и Константин Октябрьский.

— Как появилась ваша заинтересованность историей? Это с детства или пришло позже? 

— Если честно, в детстве историю я не очень любил. Не знаю, как это было у вас, но в школе обычно историю рассказывают так, что она не сильно откладывается в голову и не сильно заинтересовывает. По крайней мере, так было у меня. 

Заинтересованность возникла после второго Майдана (Революции Достоинства), когда стало понятно, что история так или иначе влияет на то, что происходит сегодня. Тогда я увидел, как историей манипулируют, как ее используют для того, чтобы захватывать наши территории.

Собственно, с 2014 года, мы начали работать над историческими проектами. Вышел цикл «Украина. Возвращение своей истории». Так, понемногу, это направление начало двигаться, и мне становилось все интереснее и интереснее.

— Вспомнила свои уроки истории в школе и думаю, почему ее не преподают более интересно?

— Зависит от преподавателя. Сейчас мы присоединились к созданию учебников по истории Украины и вместе с издательством “Ранок” работаем над серией учебников. Я немножко погрузился в эту кухню и понял, почему в школе часто в учебниках напечатаны часто просто факты.

— Почему же?

Есть программа, которую нужно выполнить за год, а фактов в ней так много, что просто не хватает времени, чтобы объяснить детям контекст — рассказать вещи, которые сделают историю интереснее. Рассказать немного с человеческой стороны о наших исторических фигурах, а не только, где они сражались и с кем воевали.

К сожалению, мы заложники школьной программы, где огромный массив фактов нужно втиснуть в ограниченные временные рамки. Поэтому так и происходит.

Когда я начал редактировать наш учебник, то постоянно говорил: “Давайте это объясним, и это тоже”. Но редакторская группа отвечала: “Нет, мы не можем. Даже учебник имеет четкие критерии — он не должен быть тяжелее определенного норматива, не может превышать установленное количество килограммов”. То есть, учебники не могут содержать больше определенного количества страниц, понимаете?

Фактов много. Поэтому, когда открываешь учебник, там в основном можно увидеть: дату — имя, дату — имя, дату — имя, дату — имя. Это такая специфика.

Хорошо, что есть учителя, которые умеют доносить нужную информацию и работать с ней. Поэтому, действительно, многое зависит от учителя, чтобы дети запоминали материал. 

— А когда появилась идея создать проект “Реальная история”?

— “Реальная история” появилась в год полномасштабного вторжения России: в конце марта 2022 года мы наивно надеялись, что сможем как-то повлиять на наших «соседей».

Первые выпуски выходили на русском языке. Мы тогда подумали: “Они говорят, что у нас здесь нацисты, а мы будем рассказывать о Степане Бандере и УПА. Будем рассказывать реальную историю Украины”.

Мы начали делать эти выпуски на русском, но быстро поняли, что это бесполезно, и переориентировались на нашу аудиторию. Знаете, малоизвестных страниц в нашей истории много, они известны историкам, но у нас всегда была проблема с популяризацией истории.

Историки знают много, у нас есть замечательные исследования, но не так много изданий или проектов, которые простым языком рассказывали бы людям факты о нашем прошлом. Так мы и работаем.

— Кажется, даже дети с удовольствием будут смотреть этот проект, ведь они сейчас по-другому относятся к истории.

— Знаете, у меня бывают офлайн-мероприятия, встречи с нашими зрителями проекта, и часто на этих встречах ко мне подходят женщины, мужчины и говорят: “Мой ребенок вас смотрит”. Я отвечаю им, что это классно.

Действительно, проект смотрит много детей, подростков, и приятно, что есть этот интерес. Потому что история непосредственно влияет на нашу идентичность, на то, как мы чувствуем свою страну, на то, как мы себя в этой стране чувствуем.

Это важно, чтобы мы лучше разбирались в нашей истории.

— Какие ваши любимые выпуски? 

— Мне все нравится, я не буду оригинальным в этом вопросе. Но скажу, что больше всего просмотров набирают эпизоды о казаках. 

Казацкая тематика — это очень интересно. Особенно сейчас, когда мы разбиваем много советских мифов о казаках, что они ходили в шароварах, были босые, голые и только в степях бегали.

В прошлом году мы сделали эпизод, и он, кстати, будет и на телеканале “Дім”, о потомке последнего гетмана Украины Кирилла Разумовского — Грегора Разумовского.

Грегор жив и проживает в Австрии. Я поехал к нему, потом поехал в село Лемеши в Черниговской области, откуда они пошли родом в XVII веке... 

Знаете, когда ты видишь преемственность нашей истории — это очень круто.

— Сколько времени уходит на съемки одного эпизода “Реальной истории”? 

— По-разному, потому что все эпизоды разные. Над некоторыми мы работаем по 2-3 месяца, а, например, над совместным польско-украинским эпизодом о Волынской трагедии — 4 или 5 месяцев.

Мы привлекли польских историков и украинских историков. Нужно было взвешенно подойти к этой теме, проверить много фактов, потому что тема чувствительная и скандальная. А бывают темы, которые мы за месяц готовим. То есть по-разному, в зависимости от тем. Снимаем быстро — 1-2 дня и все. 

— Кто и как работает над проектом?

— Команда проекта состоит примерно из 10 человек — это костяк. Те, кто создают его, не историки, а журналисты и сценаристы.

Как мы работаем? Берем тему, прорабатываем ее, находим профильного историка, консультируемся, дополняем или модерируем сценарий и снова идем к историку, чтобы проверить все факты.

Кстати, часто, как в случае с темой Волынской трагедии, бывает, что два, три или даже четыре историка проверяют сценарий, потому что бывают разные точки зрения, например, на то же происхождение князей Киевской Руси.

Это миллион версий, соответственно, мы должны поговорить со многими историками, чтобы хотя бы основные версии зафиксировать и рассказать. Потому что часто бывает, что выдаешь эпизод, а потом тебе начинает "прилетать" в комментариях: “Почему вы спросили этого историка, а не спросили этого? Еще такая гипотеза существует”. Поэтому очень важно работать с историками и ждать все факты.

— Не изменилась ли изначальная цель за годы существования проекта? 

— Она не изменилась кардинально, но трансформируется. Сейчас то, куда мы движем этот проект, — это сохранение и популяризация нашего исторического наследия.

Мы уже вышли в офлайн.

В прошлом году взяли под опеку казацкую усадьбу “Покорщина” в Черниговской области (поселок Козельцы). Эта усадьба связана с нашей казацкой элитой, и она находится в ужасном состоянии, хотя является памятником национального значения, а 30 лет уже просто стоит и приходит в упадок.

Мы начали впервые собирать деньги, собрали почти 3 млн грн от обычных украинцев, и уже в декабре начали реставрационные работы: меняем крышу. Далее будем искать гранты на полноценную реставрацию.

Мне хочется, чтобы заинтересованность историей трансформировалась в ее сохранение. Потому что, когда ты знаешь и ценишь историю, то начинаешь ценить и то, что вокруг тебя: памятники в обществе, в селе, в городе и тому подобное.

Поэтому сейчас миссия проекта — это сохранение и популяризация нашей истории.

Читайте также: Открывайте Украину вместе с Максимом Узолом и Ольгой Манько — необычные и интересные локации от тревел-блогеров