"Люди не понимают всего ада": история Александра Гуржова, проведшего 1179 дней в российском плену

Возвращение из плена — это не финал, а начало нового испытания. После пережитого приходится заново учиться жить, преодолевать страхи и искать силы двигаться вперед. Александр Гуржов прошел через Оленивку и российские тюрьмы, пережил истощение и изнурительные, нечеловеческие условия, но сохранил жажду жизни. Сегодня он восстанавливается, занимается тем, что приносит радость, и хочет, чтобы мир услышал правду.

Детальнее — в сюжете "Ранку Вдома".

"Если рыпнешься, будешь следующим", — именно это услышал украинский военный Александр Гуржов, когда россияне положили рядом с ним тело погибшего пленного. Впереди его ждали 1 179 дней пыток, голода и постоянного страха смерти. Сегодня он дома и уверен, что обязан делиться своей историей.

"Надо об этом говорить. Обычные люди, которые просто смотрят телевизор или листают ленту соцсетей, они не понимают в полном объеме того ада, который, к сожалению, там происходит и сейчас. Это нужно предавать огласке", — убежден ветеран.

Александру — 30 лет. Он родился и вырос в Мариуполе. Там окончил техникум, а затем — университет по специальности "экономика и логистика". Во время учебы работал кондуктором. Сам Александр шутит, что был менеджером по продаже билетов, а также подрабатывал в караоке.

"Очень люблю петь. Это одно из моих хобби. Утром я собирал с людей дань, а потом вечером эту дань тратил", — смеется он.

Армия никогда не была его мечтой, но так сложилось, что в 2020 году "Шурупчик" (так звали его побратимы) подписал контракт с 54-й отдельной механизированной бригадой Вооруженных сил Украины.

"Подписал контракт в Авдеевке. То есть с ходу я уже был на боевых позициях. В течение полугода находился там. Потом были ротации, нас вывели в другое место. Я прошел обучение, после которого понял, что на второй линии в артиллерии мне скучно. Хочется каких-то острых ощущений. И я перешел в пехоту", — вспоминает боец.

Таким образом Александр оказался в Донецкой области и встретил полномасштабное вторжение в Волновахе. Около двух недель защитник вместе с побратимами сдерживал наступление врага. Тогда российские войска взяли украинских бойцов в кольцо, вспоминает Александр. Из 50 воинов выжило только трое. Он попал в плен.

"Когда я пробирался задними дворами к своим, в начале марта выпал снег. И это меня очень сильно выдало. Этот хруст... Я только слышу: "Стой, кто идет", и в затылок прилетает прикладом. Они светят фонариками, и началось "файер-шоу", — говорит Александр.

Его били, раздевали, забрали все вещи. А дальше были допросы и колонии. Сначала — СИЗО в оккупированной Донецкой области, потом Оленивка, дальше российский Таганрог и колония в Борисоглебске. За три года плена мужчина похудел до неузнаваемости.

"Когда я приезжал домой к родителям буквально за несколько дней до полномасштабной войны (мне тогда дали пару выходных), мама говорила: "Что-то ты, Саша, поправился". Я встал на весы, весил 82 килограмма. А когда меня обменяли, было 45", — делится ветеран.

Самое страшное, вспоминает Александр, было в Таганроге. Там пленных встречали так называемым коридором. Десятки российских военных били пленных палками и шокерами, травили собаками и издевались с особой жестокостью.

"Многих на этой так называемой приемке, к сожалению, забили до смерти. На это очень страшно смотреть со стороны: людей не убили на войне, а здесь просто замучили. Это страшно, потому что ты в любой момент можешь оказаться на их месте", — признается мужчина.

Несмотря на пытки и голод, он не переставал верить, что вернется домой. В самые тяжелые моменты побратимы поддерживали друг друга, тайком от надзирателей придумывали игры и пели.

"Меня в то время поддерживала мысль о том, что когда-то это все закончится. Пусть пройдет несколько лет, но ведь закончится. Я лично придумал такую игру: мы с ребятами по вечерам сидели, я говорил первое попавшееся слово, и мы вспоминали песни, где оно используется", — рассказывает Александр.

25 мая 2025 года, после более чем трех лет неволи, Александра освободили во время обмена.

"Первые минуты, когда ты слышишь родную речь, — эти ощущения не передать. Я, конечно, сразу позвонил маме из автобуса — волонтеры дали нам свои телефоны. Первый звонок — и слезы матери и отчима", — вспоминает он.

После возвращения Александра ждала длительная реабилитация. Говорит, что без преувеличения заново учился дышать свежим воздухом и жить в обычном мире.

Рядом были близкие, друзья и новые знакомые, которые и помогли эмоциональному выздоровлению.

"Лучшая реабилитация для меня — это знакомство с новыми людьми. Где-то какое-то интервью, где-то концерт. Я за год после освобождения побывал почти на 200 различных концертах", — делится военный.

Помимо выступлений известных украинских звезд, его личной терапией стало пение, которое было большой частью жизни еще до службы.

"Я сейчас почти каждую неделю хожу в караоке. Бывало такое, что и по несколько раз в неделю. Выбрал себе топ-3 заведения Киева, куда звоню и говорю: "Мне как обычно". Мне там накрывают то, что я люблю поесть и выпить, я прихожу и все. Сразу пою свои песни", — говорит ветеран.

Три года между жизнью и смертью. Три года, когда единственным шансом выжить была вера в возвращение.

Сейчас Александр активно приобщается к акциям в поддержку военнопленных и напоминает всем, какой ценой украинцы борются за свободу.

Читайте также: Привязывали к столбу, пытали и снимали видео: как после плена живет разведчик Александр Таран