Она назвала имя своего насильника на весь мир: как после освобождения из плена живет Елена Ягупова

Обычная сотрудница ЦНАП, жена и мать троих детей — в октябре 2022 года ее жизнь разделилась пополам. Обыск, избиение, срежиссированное "признание" перед камерами оккупантов, а затем то, что в официальных документах называют "депортацией", а на самом деле означало разминирование полей голыми руками и трудовое рабство.

Елена Ягупова полгода провела в российском плену. Сегодня в проекте "Коли вже вдома" она впервые открывает двери своего нового дома и расскажет о том, о чем молчат тысячи других.

Война и плен

Елена Ягупова — жительница Запорожской области, города Каменка-Днепровская, что недалеко от Энергодара. Более 20 лет работала в местной администрации, последние годы — в Центре предоставления административных услуг (ЦНАП).

"До полномасштабного вторжения, как мне казалось, у меня была обычная жизнь. Но, как я поняла уже сейчас, это была очень-очень счастливая жизнь. Я была обычным государственным служащим, более 20 лет проработала на госслужбе. Мой муж работал в правоохранительных органах, после российского вторжения 2014 года он стал военным, участвовал в АТО/ООС. У нас три дочери", — рассказала она.

В начале полномасштабной войны, в марте 2022 года, российские войска захватили Каменку-Днепровскую. То, что муж Елены Артур был ветераном АТО/ООС, стало основной причиной ее ареста. Донос на нее, как "неблагонадежную", написал сосед.

6 октября 2022 года к Елене домой пришел представитель ФСБ Ян Заневский с "силовой поддержкой". Они арестовали женщину и провели обыск в доме.

Во время обыска нашли флаг Украины. Заневский разложил его во дворе, бросил Елену лицом вниз, придавил голову ногой, приставил автомат сверху и кричал: "Я тебя сейчас расстреляю".

Затем женщину доставили в местный полицейский участок. Примотали скотчем к стулу и начались пытки. Оккупанты заставляли ее признаться, что она возглавляла некую диверсионную группу, корректировала огонь по оккупационным войскам.

"Они разбили мне голову, весь мой свитер пропитался кровью. Имитировали расстрел. Душили — надевали целлофановый пакет на голову, обматывали его вокруг шеи скотчем, и один через пакет зажимал нос, чтобы я даже в пакете не могла вдохнуть, пока в конвульсиях не начинала биться. Потом брали провод от обычного офисного чайника, обматывали вокруг шеи, душили им. Потом снова били по голове. Все это чередовалось", — вспоминает Елена.

Руководил пытками все тот же Ян Заневский (клички "Ладья", "Густав"). Он является кадровым сотрудником Федеральной службы безопасности РФ (ФСБ). Родился в 1995 году в Москве, имеет прямую связь с украинскими коллаборационистами. Его отец — Вячеслав Заневский, гражданин РФ, который в 2008-2012 годах возглавлял Службу безопасности бывшего беглого украинского президента Виктора Януковича.

Благодаря связям отца Заневский-младший быстро интегрировался в оккупационные структуры на юге Украины после начала полномасштабного вторжения. С лета 2022 года он действовал в качестве куратора ФСБ и организатора фильтрационных мероприятий в Херсонской и Запорожской областях. Его главной задачей было выявление украинских патриотов, партизан и семей военнослужащих ВСУ.

"6 октября меня целый день пытали, а потом бросили в одиночную камеру — с полной антисанитарией, без воды. Еду давали один раз в день, и это была пшеничная каша — ее просто заваривали кипятком, без соли, без ничего, есть ее можно было, если ты очень-очень голоден, просто чтобы не умереть. В общей сложности в плену я похудела более чем на 25 килограмм", — отметила Елена.

15 октября Заневский привез корреспондентов российского пропагандистского агентства "РИА Новости". Сказал Елене, что именно нужно говорить на камеру. Если откажется — расстрел.

"Ну, и я стояла, рассказывала, что якобы я наводчица, которая наводила на объекты мирной инфраструктуры. Что якобы сотрудничала с неким "Аладином", которому передавала координаты. Это был выдуманный текст, который я должна была озвучить перед камерой, и на следующий день они его обнародовали через соцсети", — рассказала она.

Затем Елену перевезли в другое место неволи, в другом населенном пункте. Там она находилась в женской камере — помещение было небольшое, и в нем удержалось до 15 женщин.

18 января 2023 года Елену вывели из камеры, надели на голову мешок и привезли на пункт фильтрации в городе Васильевка Запорожской области. Вместе с ней в багажнике машины везли еще двух пленных мужчин.

Россияне сняли на камеру видео, якобы показывающее, как Елену и двух мужчин освобождают из плена. Якобы им возвращают документы, и они направляются в сторону подконтрольной Украине территории.

На самом деле это были фейковые съемки депортации. Камеры выключили, и после этого всех троих "освобожденных" отправили в трудовые лагеря. Курирует это направление на оккупированной территории российский военный с позывным "Бэтмен". Он распределяет, кого в какой трудовой лагерь направлять.

"Нас троих заперли в багажнике и привезли на вторую линию обороны, в воинское подразделение. Это трудовой лагерь, предназначенный для строительства фортификационных сооружений. Мы там копали окопы, строили блиндажи. А также разминировали поля: тебе дают металлический щуп и говорят: "Иди, разминируй". Нас одевали в российскую военную форму. И поэтому пока мы копали окопы или разминировали поля, очень много раз попадали под обстрел. Ты идешь по минному полю и тебе еще нужно следить за небом, за дронами, а также ориентироваться, куда бежать, если начинается обстрел", — поделилась Елена.

Один из характерных признаков мест несвободы, а особенно трудовых лагерей, — сексуальное насилие. По словам Елены, через это проходят почти 100% пленных.

"Я говорю не об обнажении, не о прикосновениях. Я говорю именно об изнасиловании. Оно применяется как к женщинам, так и к мужчинам. Это почти все сто процентов. Я не знаю ни одного человека, который был в плену или в трудовом рабстве и не пострадал бы от сексуального насилия. Я таких людей лично не знаю", — подчеркнула она.

Первый раз с сексуальным насилием Елена столкнулась 6 октября 2022 года — как только попала в плен, с первого дня. И дальше это продолжалось.

"Один из примеров. Начальник их полиции вызывает в допросную, сидит в балаклаве, пьяный. Сидит и полицейской дубинкой стучит по столу. Потом бьет меня этой дубинкой и кричит: "Раздевайся! Хочешь жить — сядешь до конца на эту дубинку". И глядя на нее, я думаю: стоит ли жизнь этого или нет? И я же вижу, что человек не шутит, к тому же он пьян. И в-третьих, даже если он меня убьет, ему же ничего за это не будет. А сказать "нет" ты не имеешь права, потому что тебя тут же забьют этой дубинкой. Во время пыток те, кто пытает, получают от этого удовольствие. Вот это мне кажется самым страшным", — отметила женщина.

Из плена Елену ждали ее дети и муж Артур. Мужчине неоднократно звонили неизвестные, говорили, что его жену уже расстреляли. То есть он в мыслях не раз похоронил ее.

Весной 2023 года из-за внутренних конфликтов между оккупантами и коллаборационистами группу заключенных, среди которых была Елена, неожиданно отпустили. В общей сложности женщина пробыла в плену полгода — 4 месяца в СИЗО и 2 месяца в трудовом лагере.

Жизнь после плена

После освобождения из плена Елена вернулась в свой город Каменка-Днепровская, который до сих пор находится под оккупацией.

"Я узнала, что на коммунальном предприятии Энергодарского городского совета, на котором я работала, за меня написали заявление о том, что я в отпуске за свой счет. Затем я два года судилась с предприятием, но так и не смогла доказать свою правоту", — поделилась она.

Елена забрала из разгромленного после обысков дома сохранившиеся фотографии и самостоятельно преодолела долгий и опасный путь через территорию России и несколько стран ЕС, чтобы добраться до подконтрольной Украине территории.

Летом 2023 года она наконец встретилась со своим мужем в Харьковской области. Они обвенчались.

Сейчас Елена вместе с мужем и двумя дочками живет в социальном городке Хансена. Это современный благотворительный жилой комплекс в селе Тарасовка Киевской области, построенный специально для людей, которые лишились своих домов, пережили оккупацию, зону боевых действий или российский плен.

Главным меценатом комплекса выступил американский миллионер Делл Лой Хансен. Его потрясла трагедия украинцев, поэтому он инвестировал миллионы долларов в быстрое строительство качественного социального жилья.

Городок Хансена — это не просто временные модульные постройки или общежития, а полноценный, уютный европейский городок. Комплекс состоит из индивидуальных жилых домов, многоквартирных корпусов (где квартиры полностью меблированы и оборудованы современной бытовой техникой) и специализированных общежитий. На территории — детский сад, школа, кинотеатр, тренажерный зал, кафе, даже бассейн…

Украинцы здесь получают жилье в бесплатное долгосрочное пользование с условием оплаты только коммунальных услуг.

"Есть столовая, которая кормит пожилых людей, а также все жильцы раз в неделю могут там бесплатно получить еду. Есть два специальных шелтера — для женщин, освобождающихся из плена, и шелтер для пожилых людей. За жилье мы не платим арендную плату, мы платим небольшие коммунальные платежи. Ты заходишь, и у тебя есть все — от постельного белья до чашки, ложки, вилки, холодильника, всей мебели", — рассказала Елена.

Семья Елены живет в двухкомнатной квартире — кухня-гостиная и две небольшие комнатки.

Елена до сих пор хранит вещи, которые вывезла из плена — халат и расческу. Они ей дороги как память.

В гостиной женщина обустроила своеобразную стену памяти — здесь находятся фотографии, которая она смогла вывезти из оккупации.

Противоположная стена — фотографии после освобождения из плена. По центру — флаг общественной организации "Цивільні Вільні", которая помогает бывшим гражданским пленным. Ее логотип — замок, но он всегда открыт.

С недавнего времени Елена начала коллекционировать домики.

"Потому что мы остались без дома. И теперь, где бы я не была, в какой бы стране не находилась, каждый раз покупаю домик — с надеждой, что когда-нибудь у меня тоже будет свой собственный", — поделилась она.

Сейчас Елена работает специалистом по сопровождению ветеранов войны и демобилизованных лиц в коммунальном учреждении местного городского совета.

"Обращаются не только ветераны, обращаются и члены семей ветеранов, члены семей погибших, пропавших без вести. До плена у меня уже было высшее образование. После освобождения я получила еще два высших образования — психолога и юриста, чтобы, во-первых, помочь себе отстоять какие-то права, защитить себя. Это пригодилось мне, а теперь я помогаю и другим", — рассказала она.

Последствия плена

Елена отмечает, что после плена невозможно полностью восстановить ни психику, ни физическое состояние. Многое зависит и от общества.

"Потому что если я дома лечусь, работаю с психологами, с реабилитологами, а потом выхожу в социум, то этот социум будто бьет меня по голове: зачем ты сюда приперлась, мы тебя не ждали. Ты же не говоришь на каждом углу, что вернулась из плена. И когда обращаешься как пострадавшая от вооруженной агрессии, то тебе те же сотрудники ЦНАПа говорят: мы все пострадали от вооруженной агрессии. В том же общественном транспорте показываю удостоверение лица с инвалидностью II группы вследствие плена, и водитель спрашивает: "А что это за инвалидность?". Говоришь: "Вследствие плена". И это не просто непонимание, это порой даже агрессия. Не раз бывало, что мне говорили, чтобы я вышла из маршрутки", — привела примеры она.

Елена отметила, что очень мало гражданских лиц, освобождающихся из плена, из трудового рабства, дают об этом показания. Потому что они боятся. Вроде бы преступник, против которого они свидетельствуют, не может приехать в Украину, но может заказать преступление против вас в любой стране.

"И даже моя семья не в восторге от того, что я, помимо того, что подвергаю себя опасности, еще подвергаю опасности их. Но я буду придерживаться своего мнения — преступник должен быть наказан", — подчеркнула она.

Елена давала показания против своего главного пыточника — представителя ФСБ Яна Заневского. Его заочно приговорили к 12 годам лишения свободы, однако преступник находится на территории РФ. Суд также обязал Заневского выплатить Елене материальный ущерб (около 120 тысяч евро) и моральный (около 100 тысяч гривен).

Сейчас показания Елены о действиях Заневского переданы в Международный уголовный суд в Гааге, чтобы он получил статус международного военного преступника.

"Когда еще шел первый судебный процесс по делу Заневского, я очень боялась. Я шла по улице и оглядывалась. Когда возле меня притормаживали машины, я напрягалась и присматривалась. У меня дома постоянно были закрыты окна, потому что мы жили на первом этаже. Я не могла лечь спать, пока не проверю все шкафы, даже под диванами. Потому что я допускала, что пока меня нет, эти люди могли сюда проникнуть. Даже если я иду по улице в Германии, то тоже представляю себе: вот идет на встречу тот преступник, который меня пытал, который хотел меня убить. Честно говоря, шансов встретить его очень много, и у меня нет гарантии, что этого не может случиться. Это вполне возможно, ведь он свободно передвигается по всем странам. Ведь заочное наказание для него — это словно мифическая процедура, которая ничем не угрожает этому преступнику", — отметила она.

Самая большая травма плена — сексуальное насилие, которое Елена до сих пор не удается проработать.

"Это очень-очень тяжелая травма. Излечиться от нее порой даже невозможно. Начинаешь бояться не только мужчин, но вообще всех. Когда я встречала человека, похожего по телосложению, возрасту или чем-то еще на тех, кто совершал это преступление, у меня возникал панический страх. Для меня очень сильный триггер, когда где-то в транспорте, в очереди, кто-то прижимается, особенно когда человек вынужден стоять сзади, потому что это очередь или транспорт, метро. Меня не понимают окружающие, потому что я вернулась в мирную жизнь искалеченной, а иные люди этого, слава Богу, не переживали", — пояснила она.

После плена женщина до сих пор боится темноты, замкнутого пространства.

"Мне кажется, что меня снова схватят, догонят, я не успею убежать, я не успею спрятаться. Днем более-менее, а вот ночью мне особенно плохо", — призналась она.

Сейчас Елена пишет книгу о своем опыте пребывания в плену, о том, как нужно бороться даже с самой собой, чтобы выжить в неволе.

"Если бы не эта война, у меня не было бы опыта плена, я бы не знала, какой я сильный человек, сколько потенциала есть во мне, в моем организме. Из плена я вынесла для себя огромное желание жить. Какими бы ни были условия, какими бы ни были обстоятельства, самое главное — Бог дал мне жизнь, и я должна выжить любой ценой ", — подытожила Елена Ягупова.

Предыдущие выпуски проекта "Коли вже вдома":

• Сын самого известного "отца обменов": как после возвращения из плена живет Иван Роман
• Привязывали к столбу, пытали и снимали видео: как после плена живет разведчик Александр Таран
• Прошел Мариуполь и плен: как после обмена живет военный врач Александр Наговицин
• Вместе с ним плакала вся страна: как живет морпех Данил Белый после плена
• Последствия плена не дают полноценно вернуться в гражданскую жизнь: история морпеха "Луки"