НМТ-2026: об итогах основной сессии, резонансных ситуациях и правах абитуриентов говорим с Татьяной Вакуленко

Основная сессия национального мультипредметного теста (НМТ) в 2026 году успела доставить абитуриентам немало стресса. Воздушные тревоги, из-за которых выпускникам приходится часами сидеть в укрытиях, и технические сбои в работе онлайн-платформы — это вызовы, с которыми сталкиваются абитуриенты. Как все это влияет на результаты, что делать тем, кто не успел завершить тест из-за форс-мажорных обстоятельств, и как будет проходить дополнительная сессия, в эфире программы “Ранок Вдома” рассказала директор Украинского центра оценки качества образования (укр. УЦОЯО) Татьяна Вакуленко.

— У нас уже есть первые двухсотбальники. Они появились там, где сложнее всего — в прифронтовом Херсоне и Олешках. Ребенок готовится под обстрелами и "выбивает" максимум по предмету. Что это говорит о наших выпускниках?

— Они невероятно стойкие, образованные и очень хотят учиться в украинских университетах.

— До 3 июля должны были быть обнародованы результаты первой сессии. У всех они уже есть, или кто-то еще ждет?

— В личных кабинетах уже все есть. Все абитуриенты и абитуриентки могут посмотреть свои окончательные результаты и подавать документы для поступления в украинские университеты.

— В информационном пространстве активно обсуждался случай учительницы истории, которая набрала на НМТ 183 балла из 200. Она сказала, что проблема в рандомайзере, из-за которого ей выпали специфические вопросы о юбилейных монетах и марках. Насколько варианты тестов равноценны и нет ли здесь элемента везения?

— Все варианты равноценны. В каждой подборке есть вопросы о монетах, и в каждом варианте соблюдена примерно одинаковая пропорция по определенным темам. Что касается упомянутой учительницы, то она сама отмечала, что заранее не пыталась глубоко знакомиться с самими тестами и программами, чтобы не испортить себе эксперимент. Ее задачей было проверить, как система работает в принципе.

Но те абитуриенты, которые готовились и разбирали демонстрационные варианты тестов, понимали, чего ожидать, в какой пропорции и какие именно темы будут представлены.

Кроме того, учительница сама назвала одну из причин, почему не получила максимальный балл. Она пыталась мыслить слишком глубоко и искала чрезвычайно сложные концепты, которые она, как преподаватель истории, может себе позволить искать.

— Давайте продолжим тему резонансных случаев. Омбудсмен Дмитрий Лубинец заявлял, что филологи якобы обращались в Минобразования с требованием отменить несколько заданий по украинскому языку из-за некорректности, и что это якобы было сделано. Хотя в Минобразования этого не подтвердили. Был ли такой прецедент? Если баллы пересчитывали, то кому и в чью пользу?

— У нас речь шла не об отмене заданий и не об украинском языке, а о допущенной ошибке в задании по биологии. Из-за этого часть участников действительно не смогла набрать максимальное количество баллов.

Тогда мы добавили баллы тем участникам, которые оказались в таких условиях.

Также была неаккуратная верстка в задании по математике, и соответствующим участникам тоже добавили балл. Что касается украинского языка, то действительно были задания, которые вызвали вопросы у омбудсмена, но эксперты, педагоги и ученые подтвердили: задания адекватны, они должны остаться в тесте и не провоцировали участников на неправильные ответы.

— Большой резонанс вызвал случай в Виннице, где медалистка Ангелина Диденко заявила о техническом сбое на НМТ. Региональный центр разрешил ей пересдать тест только после того, как видео ее мамы набрало более миллиона просмотров. Сама девушка говорит, что без огласки ей бы отказали. Действительно ли системе нужен миллион просмотров, чтобы услышать абитуриента, и как действовать детям, оказавшимся в такой ситуации без поддержки соцсетей?

— Здесь вопрос в первоначальном поведении участника. Мы обязательно просим абитуриентов знакомиться с порядком проведения тестирований, где прописаны их права и обязанности. Если родители хотят помочь своему ребенку перед экзаменом, помимо обеспечения хорошего сна и поддержки, стоит вместе прочитать этот документ и выяснить, на что они имеют право, а на что нет.

Если во время теста происходит сбой техники, возникают другие форс-мажорные обстоятельства или ребенок плохо себя чувствует, он должен поднять руку и зафиксировать это.

В ситуации с Ангелиной было одно обращение к инструктору, когда она заметила, что у нее не работает мышь. Ей помогли. Оказалось, что она сильно увеличила экран, и из-за масштабирования страницы со справочными материалами курсор мыши просто терялся. Ей подсказали, как с этим работать.

Далее она обращалась к инструктору еще несколько раз, но, по словам персонала, вопросы касались черновиков, а не сбоя техники. Поскольку ни подтвердить, ни опровергнуть это уже потом мы не могли, то дали разрешение Ангелине на участие в дополнительной сессии.

Но это не означает, что мы подтвердили сбой системы. Техника работала исправно: на этих компьютерах сессии проходили и до этого, и после, мышь работала нормально у всех остальных.

Поэтому, если участник не хочет сталкиваться с трудностями, а мы не хотим играть в Шерлоков Холмсов, пытаясь выяснить, что происходило в аудитории неделю назад, нужно действовать сразу.

Подняли руку, зафиксировали, сказали: "Меня это не устраивает. Мне неудобна эта мышь. Давайте что-нибудь придумаем". Тогда это вносится в документы, ребенок получает доступ к дополнительной сессии и может показать лучший результат.

— То есть это лучше делать непосредственно в процессе тестирования, чем после объявления результатов?

— Однозначно.

— Давайте вспомним Одессу, где из-за многочасовой воздушной тревоги дети полсуток провели в экзаменационном центре. Они пытались сдать тест в состоянии истощения, без воды и еды. Какие выводы сделаны и есть ли риски, что это повторится во время второго этапа НМТ?

— Прежде всего я хочу обратиться к главам тех областных военных администраций, где с самого начала тестирование полностью организовано в укрытиях. Это просто фантастика — их заслуга и огромный труд. Их абитуриенты и их заместители однозначно благодарны им.

В Сумской, Харьковской, Запорожской областях и других экзамены проводятся полностью в укрытиях.

В Одессе, к сожалению, так не получилось, хотя это тоже прифронтовой регион. Там просто не было возможности обустроить абсолютно все временные экзаменационные центры (укр. ТЕЦ) в укрытиях — только треть участников имела такую возможность.

Требования безопасности однозначны: во время тревоги мы должны спускаться в укрытия. В то же время, если тревога длится более 2,5 часов, мы приостанавливаем экзамены и предлагаем всем участникам перейти на дополнительную сессию в июле.

Однако абитуриенты не хотели этого. Из 1000 участников в Одессе, которые не находились в укрытиях, лишь 100 человек согласились на дополнительную сессию. Мы будем ждать их в июле, и там уже все ТЕЦ будут в укрытиях, поскольку количество людей меньше.

Остальные 900 участников захотели получить результат здесь и сейчас. Почему так? У ребенка есть свои планы, поступление, волнение, а июль кажется очень далеким. В ситуации неопределенности никто не хочет ждать. Им несколько раз предлагали пойти на дополнительную сессию, они могли отказаться и вернуться домой в любой момент до завершения теста.

Кроме того, у них на самом деле была вода и еда, поскольку сотрудники центров поддерживали связь с родителями, а в некоторых ТЕЦ сами приносили воду и перекусы.

То есть проблемы с тем, что дети 13 часов сидели одни и голодные, не было. Но действительно жаль, что им пришлось сдавать экзамены в таких условиях. К слову, их баллы оказались такими же, как и в среднем по Украине, то есть непосредственно на результаты это не повлияло.

— Встречалась критика по поводу того, что тесты после экзамена не публикуются, поэтому ребенок не видит, где именно ошибся, и апелляции по сути заданий нет. Хотя во времена внешнего независимого оценивания (укр. ЗНО) такая возможность была. Почему правила изменились и готовы ли вы это пересмотреть?

— Прежде всего, апелляция никогда не касалась содержания заданий тестов. Во времена ЗНО обжаловать можно было только результаты проверки ответов экзаменаторами.

Содержание заданий участник обжаловать не может, ведь для этого существует другая процедура.

Если в вопросе обнаружена ошибка, это анализирует наша внутренняя экспертная комиссия. Она пересматривает задания, анализирует и принимает решение, которое затем касается абсолютно всех участников этой сессии.

Апелляция во времена ЗНО касалась заданий с развернутой формой ответа: собственное сочинение по украинскому языку, задания по математике или письмо на иностранном языке.

Обжаловали не содержание задания, а то, как работу проверили педагоги: правильно ли сработали критерии, увидели ли они тот тезис, который вы заложили и который был написан не совсем понятно.

Что касается того, что участники не видят ошибок: в личном кабинете каждого абитуриента есть карточка результатов. Там перечислены номера заданий и количество набранных баллов, поэтому можно посмотреть, на каком именно типе заданий ребенок потерял баллы.

Если я вижу, что потеряла баллы в задании с кратким ответом по математике, это значит, что я не решила одну из задач. Если я помню, что сначала шла геометрия, а дальше — арифметические преобразования, то логично вычисляю, где ошибка.

— Но зачем так усложнять процедуру?

— Создание тестовых заданий — это дорогостоящий процесс. Раньше для ЗНО мы готовили по четыре тестовых тетради по каждому предмету. Теперь это 20 вариантов тестовых наборов по каждой дисциплине.

К сожалению, у нас нет достаточных финансовых ресурсов, чтобы публиковать их все, поэтому мы хотим повторно использовать часть заданий.

Если у нас будет полный бюджет, то мы обязательно будем публиковать все тетради, и они станут доступны участникам и педагогам вместе с карточкой результатов. Тогда можно будет однозначно утверждать, что абитуриент правильно или неправильно выполнил какое-либо задание.

— В таком случае и самому Центру оценки качества образования было бы значительно проще избежать каких-либо жалоб.

— Безусловно.

— Напоследок: звучат предложения снизить проходной балл для определенных специальностей со 150 до 130 баллов. Мол, если наши дети не поступят в отечественные вузы, их заберут европейские университеты. Как вы относитесь к этой инициативе? Достаточно ли 130 баллов, чтобы получить высшее образование?

— 100 баллов — это проходной балл для всех университетов. Лубинец предлагает не менять это, а снизить порог для так называемых регулируемых специальностей: медицины, фармации, права и международного права.

Во-первых, это три направления, на которые у нас всегда поступают наиболее подготовленные абитуриенты, там всегда высокая конкуренция. Во-вторых, это специальности, где человек должен быть суперпрофессионалом в условиях высоких рисков, угроз и стратегической неопределенности.

Это не совсем в компетенции Украинского центра, но, на мой взгляд, снижать планку не совсем правильно.

Ведь мы все хотим иметь классных врачей. А хороший врач — это стрессоустойчивый человек с глубокими знаниями, который поступает в университет с хорошей подготовкой, чтобы затем осваивать сложные медицинские дисциплины на высоком уровне.

— Что стоит знать абитуриентам о дополнительной сессии?

— Она состоится в июле. Вскоре в личных кабинетах зарегистрированных участников появятся приглашения. Все подходы, задания, логика и история тестирования остаются такими же, как и на основной сессии. Результаты появятся в кабинетах абитуриентов до 29 июля.

Читайте также: Участникам НМТ-2026 открыли доступ к результатам — что доступно в кабинете