Украина на Генассамблее ООН, ответственность России и Крымская платформа: интервью с Антоном Кориневичем

Антон Кориневич (слева). Фото: kanaldom.tv

Как мировое сообщество может помочь Украине освободить Крым и отдельные районы Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО) от российской оккупации и защититься от агрессии со стороны Кремля. Присоединится ли ООН к Крымской платформе. Насколько эффективно Украина может представлять свои интересы на Генассамблее ООН и других международных площадках. Как можно способствовать скорейшему освобождению украинских политзаключенных. Эти и другие темы в программе "Украина на самом деле" телеканала "Дом" комментирует постоянный представитель президента в Автономной Республике Крым Антон Кориневич.

Ведущий программы — Денис Похила.

— Каковы, на ваш взгляд, главные вызовы для 76-й сессии Генассамблеи ООН?

— И 76-я сессия Генассамблеи, и в целом международное сообщество сейчас живут в условиях пандемии COVID-19. Но очень важно, чтобы другие важные вопросы в мировой повестке дня не потерялись и не ушли на второй план.

Но я уверен, что это не касается и выступления президента Украины Владимира Зеленского, и его участия в 76-й сессии. Ведь это не только выступление, это и все двусторонние встречи, и все контакты с международными лидерами. Очень много внимания уделено временно оккупированным территориям Украины — как Крыму, так и Донбассу, и Крымской платформе как новой внешнеполитической инициативе Украины.

Поэтому то внимание, которое господин президент уделяет вопросу деоккупации Крыма и новой площадке — Крымской платформе, это очень важно. И мы уверены, что Владимир Александрович будет пытаться привлечь как можно большее внимание международных лидеров, международных партнеров именно к теме деоккупации, реинтеграции временно оккупированного Крыма.

— Как вы считаете, можно ли оценивать деятельность Генассамблеи ООН в аспекте решения проблемы ОРДЛО, милитаризации и в целом оккупации Россией украинского Крыма?

— Нам нужно использовать любую площадку, которую нам дает международное право и те договоры, которые мы ратифицировали, чтобы продвигать вопрос деоккупации Крыма и Донбасса. ООН на сегодня — единственная универсальная международная организация, которая имеет самую широкую юрисдикцию, компетенцию и которая может рассматривать и решать в том числе вопросы, которые касаются мира и безопасности в мире и человечества в целом.

Совет безопасности, как орган, который отвечает по уставу именно за эти вопросы, является главенствующим в этой системе. Генассамблея ООН, по сути, является большим политическим форумом, в котором принимают участие все страны-участницы ООН. В то время как Совет безопасности — это 15 членов, 5 постоянных и 10 непостоянных. Генассамблея — самый большой политический форум, где лидеры государств имеют возможность изложить свое видение международной повестки дня и ключевых вопросов, которые могут подниматься.

Не нужно также забывать, что именно Генассамблея ООН каждый год принимает резолюции по временно оккупированной территории Автономной Республики Крым и города Севастополя, которые касаются как защиты прав человека, так и милитаризации Крымского полуострова и Черноморского бассейна. Поэтому нам нужно использовать эту площадку, коль скоро другой универсальной международной организации в современном мире нет. Без внимания Организации Объединенных Наций к тем или иным вооруженным конфликтам, оккупированным территориям сложно говорить о продвижении вперед.

— Россия не выполняет как минимум требования ООН по миру, но, тем не менее, является постоянным членом Совета безопасности ООН. Как вы считаете, возможно ли исключение РФ из Совбеза ООН?

— Безусловно, это большая проблема и большой вызов. Вся система ООН построена на результатах Второй мировой войны и, по сути, во многом до сих пор находится в 1945 году. И те 5 государств, которые являются постоянными членами Совета безопасности ООН, могут не дать состояться любым решениям касательно мира и безопасности человечества — в любом регионе, в любой стране.

Очевидно, что система должна быть изменена на что-то другое. Но мы видим, что вопрос политической воли, вопрос консенсуса... Международное право, международный договор, учредительный акт международной организации являются результатом согласования воли всех участников.

Чтобы произошло то, о чем вы говорите, нам надо, чтобы международное сообщество в целом и ключевые силы были готовы изменить универсальную систему мировой безопасности, коей сейчас является в первую очередь ООН. Видим ли мы сейчас такое желание, видим ли мы сейчас политическую волю? Это вопрос открытый. Но в то же время, я думаю, большинство и стран, и экспертов понимают, что та система гарантирования международной безопасности, которая, возможно, была адекватной в 1945 году, не является такой, которая отвечает нашим вызовам сейчас, в 2021 году.

— Российская Федерация очень остро реагировала на то, что нескольких российских дипломатов не допускали до участия в Генассамблее, так как вакцина "Спутник V" не сертифицирована в мире. Возможно, так Россию постепенно изолируют от мирных стран?

— Насчет вакцины "Спутник V" мы наблюдаем, что происходит на наших временно оккупированных территориях, в том числе в Крыму. Речь идет о негативных эффектах этой так называемой вакцины для здоровья граждан. Там есть очень много вопросов, которые, очевидно, являются темой для другой дискуссии, но это действительно очень опасный препарат.

Российской Федерации надо давать понимать, что нельзя так открыто нарушать все устои международного сообщества уже 8-й год. На самом деле [Россия начала их нарушать] намного раньше, если учитывать другие страны, где РФ вела себя как агрессор. Украина это чувствует с 2014 года.

Безусловно, Российской Федерации надо давать понять на каждой возможной международной площадке, что те правила игры, в том числе основные принципы международного права, которые выписаны сегодня в некоторых международных актах и которые уважают, и которым следуют все члены международного сообщества, надо соблюдать.

Чем меньше РФ будет включена в международную повестку, в участие во всевозможных международных мероприятиях, тем будет лучше для цели достижения мира и безопасности.

При всех критических моментах, при всех наших комментариях и определенных негативных коннотациях, скепсисе, — ООН является очень важной площадкой. Потому что это единственная такого рода универсальная организация, которая собирает всех и может обсуждать все ключевые вопросы. Поэтому Украина должна быть там и поднимать вопросы временно оккупированных территорий Крыма и Донбасса.

— Касательно выступления американского президента Джо Байдена на 76-й сессии Генассамблеи ООН. Критики говорят, что, возможно, теперь борьба американской стороны против России не будет такой активной. Ваше мнение?

— Для Украины главный вопрос — противодействие агрессии Российской Федерации против Украины и завершение временной оккупации Российской Федерацией территории Крымского полуострова и Донецкой, Луганской областей. Поэтому мы надеемся, что наши международные партнеры будут помогать Украине в деоккупации этих территорий, в том числе в рамках механизма Крымской платформы и в рамках существующих механизмов по Донбассу.

У каждого государства, в том числе у Соединенных Штатов Америки, есть своя повестка дня и свои ключевые вопросы, вызовы внешней политики — это нужно понимать и принимать. Но в то же время мне думается, что такой большой и важный игрок, как США, и наши партнеры в Европе, прекрасно понимает, что просто не обращать внимания, закрывать глаза и не работать активно по ситуации в Крыму и на Донбассе, по агрессии Российской Федерации против Украины, невозможно. Не просто потому, что кто-то, условно, любит Украину, а потому что это нарушение международных устоев, по которым живет мир.

Это — как в стране Уголовный кодекс. Преступление есть преступление, его нужно наказать, потому что это нарушает устои жизни общества. Точно так же и в международном сообществе.

И мне думается, что и США, и наши международные партнеры прекрасно понимают, что на это всё нужно реагировать, в том числе и жестко, усиливать давление, санкции на Российскую Федерацию, на ее физических, юридических лиц, чтобы вынудить РФ пойти на переговоры, чтобы она в конечном итоге завершила временную оккупацию наших украинских территорий.

— Освобождение украинских политзаключенных — еще один важный вопрос. Как Генассамблея ООН может помочь Украине? В том числе и в аспекте Крымской платформы. Потому что глава МИД Украины Дмитрий Кулеба, скажем так, был недоволен тем, что от ООН не было представителя на саммите Крымской платформы в Киеве 23 августа.

— Безусловно, нам хочется, чтобы в таких инициативах, как саммит Крымской платформы, принимали участие все наши ключевые международные партнеры, все международные организации, которые присутствуют в Украине.

И мы на нашем уровне говорим с теми, кто присутствует в Киеве, в других городах Украины, что нужно включаться в работу по Крыму, и реагировать только на события на Донбассе — неправильно. Потому что вся агрессия Российской Федерации, международный вооруженный конфликт начался в Крыму. И очевидно, что без решения ситуации в Крыму, без деоккупации Крыма это все завершено быть не может.

Поэтому мы всегда, когда общаемся с нашими международными партнерами, международными организациями, которые находятся в Украине, говорим, что им надо работать по Крыму. Они не могут 7 лет закрывать глаза на вопиющее нарушение международного права. Потому что они должны это все охранять и соблюдать.

Касательно того, как Генассамблея может нам помочь. Для нас очень важно, что господин президент поднимает вопросы Крыма, крымских политзаключенных и Крымской платформы на Генассамблее ООН в рамках двусторонних встреч. Вместе с выступлением на Генассамблее эти двусторонние встречи с лидерами государств очень важны. Передача списков важна, потому что она актуализирует вопрос украинских политзаключенных, в том числе для генерального секретаря ООН и для всей системы Организации Объединенных Наций. Как и просьба способствовать освобождению украинских политзаключенных.

В этом контексте важна и встреча с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Мы знаем, что президент с ним говорил об освобождении крымских татар, в том числе об освобождении Наримана Джелялова — первого заместителя главы Меджлиса крымскотатарского народа, которого президент знает, он с ним недавно виделся и общался в Киеве. Мы расстались 23 августа на абсолютно позитивной ноте.

Поэтому я думаю, что все эти контакты, безусловно, будут нам способствовать. Поддержка международных партнеров может помочь нам освободить наших политузников. Давление со стороны международных партнеров, их дипломатическая, политическая работа может привести к тому, что Российская Федерация будет готова отпустить наших политзаключенных.

— Критики говорят, что Турция не просто так помогает Украине в аспекте Крыма, а преследует собственные интересы. Ваше мнение?

— Мы видим в Турции очень важного стратегического партнера Украины, который действительно помогает нам в вопросе деоккупации Крыма, в том числе в вопросе помощи нашему коренному крымскотатарскому народу. И мы видим в Турции государство, которое следует принципам и нормам международного права. Поэтому мы исключительно позитивно работаем в этом контексте. И мы видим, кто нарушает территориальную целостность и суверенитет Украины, начиная с 2014 года.

Главная наша проблема — вооруженная агрессия Российской Федерации. Мы благодарны всем государствам, в том числе Турецкой Республике за ту помощь, которую она нам предоставляет, в том числе в контексте коренного крымскотатарского народа. Других коннотаций или других вопросов мы здесь не видим.

— Украина является членом многих международных организаций и в аспекте защиты от российской агрессии видит поддержку мирового сообщества. Между тем, украинцам хочется видеть все-таки более активные шаги мира в этом контексте. Партнеры Украины — Польша, Литва, Эстония, Латвия и так далее возможно, стоит задуматься об альянсе со странами, которые помогут нам делать что-то более конкретное по отношению к РФ?

— Нам в этом не мешают существующие форматы. У нас существует формат ООН. Единственная универсальная международная организация. У нас существуют и другие форматы. Украина везде активный участник.

И Украине надо собирать вот это портфолио, кейс-файл, куда войдут (и уже входят) все резолюции, решения международных судов, которые Российская Федерация в первый же день не начнет исполнять. А мы понимаем, что в международном сообществе, в международном правовом пространстве нет исполнительной службы, которая придет и заставит принять решение. Потому что, например, за исполнением Международного суда ООН следит Совет безопасности ООН. Вот, внимание — вопрос… Но нам надо это все делать, нам надо собирать это все листочек к листочку, чтобы, когда наступит "день Х", мы могли это все предъявить главному нарушителю международного права современного мира — Российской Федерации, государству-агрессору.

Вместе с тем, действительно, я считаю, что участие в других форматах не мешает нам искать решение. Мы знаем, что есть популярный сегодня, важный и эффективный механизм Люблинского треугольника, другие механизмы. Украина их ищет, Украина в их рамках работает. Наша дипломатия работает активно. Поэтому это все просто разные векторы, разные форматы. И Украине надо дергать за все ниточки, принимать участие во всевозможных форматах на всех возможных площадках, чтобы достичь нашей конечной цели, по которой мы работаем: это деоккупация временно оккупированных территорий.

Для нас очень важной является юридическая ответственность Российской Федерации и ее главных должностных лиц за нарушение международного права против Украины.

Медиапартнеры
Прямой эфир